А здесь можно ознакомиться с уже законченным и полностью сверстанным вариантом книги 

 

XV.  НАЧАЛО  80-Х  ГОДОВ  И  ФИРМА  "МЕЛОДИЯ"

К началу 80-х годов ситуация в СССР с западной музыкой, да и с рок-музыкой вообще, существенно изменилась к лучшему по сравнению с периодом конца 60-х - начала 70-х годов. Этим положительным процессам, как мне кажется, во многом способствовала также и "Олимпиада-80", которая, безусловно, увеличила ту "щель под железным занавесом", из которой в нашу страну, несмотря на все идеологические и политические преграды, все-таки просачивались западные пластинки, музыкальные журналы, различная информация и прочее. Да и руководство страны, желая изо всех сил продемонстрировать иностранным гостям (официальным делегациям, спортсменам, журналистам, да и просто туристам), как хорошо и "вольно дышит" в нашей стране советский человек, несколько смягчило свое отношение по целому ряду вопросов, касающихся западной музыки, культуры и искусства. К этому времени активнее заработала и отечественная звукозаписывающая промышленность.

Всесоюзная фирма грампластинок "Мелодия", образованная в 1964 году и обладающая монопольным правом на производство и распространение грампластинок в СССР, имела в 80-х годах в своем распоряжении уже восемь заводов: Московский (МОЗГ), Апрелевский, Ленинградский, Рижский, Ташкентский, Тбилисский, Бакинский, Таллиннский завод музыкальных кассет, а также 8 студий грамзаписи, расположенных в Москве, Ленинграде, Алма-Ате, Вильнюсе, Таллинне, Ташкенте, Тбилиси и Риге. Существовали также еще и две звукозаписывающие студии в Киеве и Ереване. Кроме того, "Мелодии" принадлежали и предприятия оптовой торговли (так называемые, Дома грампластинки, число которых к тому времени достигло восемнадцати: по одному - в столицах союзных республик и несколько в РСФСР), распределявшие грампластинки и аудио-кассеты по магазинам страны.

На территории бывшего Советского Союза грампластинки, выпускаемые фирмой "Мелодия", продавались в более чем 35 тысячах торговых точках страны, большая часть которых (около 65%) распространялась через сеть государственных магазинов (около 3 тысяч), 13% от общего количества реализовывались через 12 тысяч торговых предприятий потребкооперации, а 10% - через 20-тысячную сеть киосков "Союзпечати". К сожалению, грампластинки не были выделены в особый вид товара, а магазины практически не несли никакой ответственности за их хранение и были материально не слишком заинтересованы в их реализации.

К тому же, до 1976 года тираж новых пластинок, выпускаемых на "Мелодии", определяли редакторы фирмы, от мнения которых зависело, ЧТО и СКОЛЬКО следует выпускать. Подобная практика привела к тому, что к середине 70-х годов этот процесс принятия решений стал настолько субъективным и неэффективным, что для придания ему хоть какой-то видимости объективности и обоснованности в 1976 году было принято решение об образовании, так называемой, тиражной комиссии. В состав этой комиссии входили представители Министерства культуры СССР, Министерства торговли СССР и РСФСР, представители Союза композиторов, Центросоюза, В/О "Международная книга", работники фирмы "Мелодия" и ее ведущих предприятий, Центрального Дома грампластинки и других заинтересованных организаций. Возглавлял же эту комиссию зам. генерального директора фирмы "Мелодия".

К сожалению, доля пластинок с новыми записями составляла всего 5% от общего объема выпускаемой фирмой "Мелодия" продукции. К тому же, крайне неэффективный механизм социалистической системы ведения хозяйства (от этапа определения потребительского спроса до поступления готовой продукции в магазины) на практике приводил к тому, что на весь этот производственный цикл требовалось столько времени, что новые пластинки к моменту их продажи уже успевали морально устареть и потерять статус популярных. Все это, в результате, создавало, так называемый, ДЕФИЦИТ, а с другой стороны - приводило к появлению огромных залежей никому не нужной продукции.

Выпуск же в СССР лицензионных долгоиграющих пластинок (лонгплеев) зарубежных исполнителей начался в 1973 году, когда наше государство присоединилось ко Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве. Причем, тиражи издаваемых в СССР лицензионных пластинок определялись специальной комиссией, (так называемым Советом по лицензиям, организованным при фирме "Мелодии", в который входили композиторы, музыковеды, исполнители, работники Министерства культуры, фирмы "Мелодия", а также некоторые московские филофонисты), на основе договоров, заключаемых с зарубежными фирмами грамзаписи (лейблами) внешнеторговым посредником "Мелодии" - В/О "Международная книга". Вполне естественно, что условиями этих договоров выпуск лицензионных пластинок в СССР ограничивался не слишком большими для нашей страны объемами, причем без права их повторных переизданий, но на практике эти требования соблюдались далеко не всегда.

Любопытно, что первоначально приобретение пластинок и лицензий в капиталистических странах задумывалось всего лишь, как средство стимуляции экспорта советской продукции, а деловое сотрудничество предполагалось вести только с западными фирмами, с которыми у нашей страны установились хорошие долговременные деловые отношения. Но, поскольку средства на эти цели выделялись из госбюджета весьма незначительные, то большинство этих пластинок априори становились дефицитными. Кроме того, львиную долю импорта лицензий составляли записи классической музыки. Как сообщал бюллетень фирмы "Мелодия" в 1982 году: "…Ежегодно подписываются контракты на 30 и более названий общим тиражом более одного миллиона экземпляров. Закупаются лицензии, прежде всего, у тех фирм, которые в свою очередь, активно работают в своих странах с советскими записями…".

 

 Валерий Васильевич Сухорадо 

Тем не менее, к началу 80-х годов на фирме "Мелодия" по лицензии были выпущены альбомы таких популярных зарубежных групп и исполнителей, как: Пол Маккартни (Paul McCartney & WINGS), Джон Леннон (John Lennon), URIAH HEEP, MANFRED MANN'S EARTH BAND, BEE GEES, SMOKIE, SKY, ABBA, BONEY M, ERUPTION, SILVER CONVENTION, TEACH IN, BROTHERHOOD OF MAN, Дайана Росс (Diana Ross), Глория Гейнор (Gloria Gaynor), Адриано Челентано (Adriano Celentano), Эрик Клэптон (Eric Clapton), Элтон Джон (Elton John), Клифф Ричард (Cliff Richard), Демис Руссос (Demis Roussos), Барбра Стрейзанд (Barbra Streisand), Далида (Dalida), Джо Дассен (Joe Dassin), Мирей Матье (Mireille Mathieu), Аманда Лир (Amanda Lear), Донни Осмонд (Donny Osmond), Майлз Дэвис (Miles Davis), Дюк Эллингтон (Duke Ellington), Билли Холидэй (Billy Holyday) и др. С полным перечнем лицензионных пластинок (кроме классики), выпущенных фирмой "Мелодией" можно ознакомиться здесь.

Всего же в СССР было выпущено по лицензии около 450 наименований грампластинок самых разных музыкальных стилей и направлений - от симфонической, оперной, камерной музыки, до эстрады, джаза, поп-музыки, диско и рока. С 1982 года Генеральным директором фирмы "Мелодия" был назначен бывший заведующий отделом культуры ЦК ВЛКСМ - Валерий Васильевич Сухорадо (р. 28 января 1941 года в Москве), от которого во многом зависела вся издательская политика фирмы. Именно с его приходом ситуация в этой области стала меняться в лучшую сторону, когда в середине 80-х увеличился объем выпускаемых дисков джазовых, эстрадных и роковых музыкантов, но классический репертуар, по-прежнему, занимал не менее половины всей лицензионной продукции. А в 1984 году "Мелодия" прекратила выпуск гибких грампластинок, которые к этому времени совершенно потеряли потребительский спрос, и с этого же года все диски стали выпускаться в индивидуальных конвертах. 

Александр Тербов из Норильска спрашивает:

1) "Хочу спросить - Вам нигде в текстах или документах не встречалось упоминание о качестве записи отечественных дисков и связанным с цветом пятака на пластинке? Может стандарт или ГОСТ какой был? В своё время ходили легенды, что на высочайшего качества отечественных дисках (тут имеется в виду и работа звукорежиссёра и печать с матриц) указывает тёмно-синий, а лучше чёрный пятак. 

В пользу этого говорит факт того, что очень много дисков с изданием классики и изданий отечественного джаза издавались с пятачками тёмно-синими, а то и чёрными. Даже многие диски, выпущенные в период подготовки к Олимпиаде-80, несли такие пятаки - они стоили дороже, чем рядовые - аж 2.70, а то и 3.15 руб.!!! (причём имели лаковую обложку, да и олимпийскую символику). На слух они действительно звучали лучше, чем диски с розовыми или белыми пятаками. Но ни одной лицензии или диска с изданием отечественных эстрадников или групп, выпушенных с тёмно-синим (не говоря уж о чёрном пятачке), я не встречал". 

 

Замечательный вопрос, Александр! Спасибо! 

Дело в том, что, когда я готовил XV главу своей книги, я планировал написать о "цветах винила" фирмы "Мелодия", но после консультации с очень авторитетными специалистами, я не стал этого делать. Действительно, в среде советских филофонистов 80-х, да и 90-х годов ходило такое расхожее мнение, что цвета пятаков "Мелодии" якобы отражают качество записи и номер тиража (или матрицы) выпускаемых пластинок. Лучшими по качеству считались черные, а затем шли - синие, красные и т.д. Эти слухи опровергались в свое время в журналах, но, тем не менее, многие коллекционеры так и остались при своем мнении. Но вот недавно мне удалось побеседовать с одним уважаемым московским коллекционером, работавшим в свое время на фирме "Мелодия" и посвятившем меня в суть этого вопроса. И вот, что он мне рассказал: 

- синие пятаки выпускал МОЗГ (Московский опытный завод грамзаписи);

- белые - в основном Рижский завод; 

- черные - чаще Апрелевка и Рига (в т.ч. и классику); 

- по желтому, в основном, специализировался Ташкентский з-д; 

- а на розовых специализировалась Апрелевка. 

Любопытно, что синие этикетки были доминирующими для МОЗГа потому, что в свое время вышло специальное внутримелодийное распоряжение, что на экспорт (которым в основном и занимался МОЗГ - там стояли первые "серьёзные импортные пресс-станки" фирмы "Туликс-Альфа" - и частично Апрелевка), продукция должна выпускаться с темно-синими, либо с черными этикетками. Поэтому типография поставляла им в первую очередь эти особые этикетки с синим и черно-матовым "Пантоном". Культура производства на Ташкентском и Тбилисском заводах оставляла желать лучшего, поэтому продукцию на экспорт они не выпускали вообще. Другой вопрос, когда постепенно надвигался перестроечный кризис в экономике, то строго отслеживать "цветовую палитру" перестали, типографии то работали на местах, иногда заготовки-этикетки с одного завода перебрасывали на другой (без надписей). 

Что же касается первичности-вторичности "мелодийных" заводов, то матрица (первичная) могла спокойно отправиться, допустим, в Ташкент и оттуда поступал первый тираж... Были случаи, когда изготавливали несколько "матриц" для разных заводов одновременно. Так, что "первая копия" и "допечатка", касаемо "Мелодии" - весьма условные понятия. А в нашей тогдашней тусовке ранжир совдеповских дисков (по выпускающим заводам) был таким: 

- МОЗГ;

- Ленинградский ЗГ;

- Рижский ЗГ;

- Ташкентский з-д им. Ташмухамедова;

- Тбилисский (хотя нужно отметить, что этот подворотный по своей сути завод, выпустил практически всё и вся, что только можно было из закупленного запада). Я помню свой шок, когда, зайдя в центральный универмаг на пр-те Ш. Руставели, увидел в СВОБОДНОЙ ПРОДАЖЕ (!!!) ABBA, Demis Roussos, Space и что-то там ещё. 

Ну, а самым "отстойным" считался, почему-то, АЗГ (Апрелевский з-д). 

Если же говорить о технологии производства виниловых пластинок на фирме "Мелодии", то она была следующей... В студии с помощью специального станка Ortofon магнитная фонограмма преобразовывалась в механическую запись на лаковом диске (лаковый полимерный слой на алюминиевой подложке). Диск отправлялся на завод, там он гальваническим способом покрывался тонким слоем серебра, и после этого с него снималась первая и единственная негативная копия. С помощью этой негативной копии изготавливались семь никелевых позитивных оригиналов. С каждого из этих оригиналов можно было снять 20 матриц (итого 140), с помощью которых можно отпечатать пластинку максимальным тиражом 140 тысяч экземпляров. (Максимальный тираж - понятие достаточно условное. По разным причинам матрица не всегда полностью использовалась). 

Если же этот тираж был недостаточен, то с семи позитивных никелевых оригиналов снимали не матрицы, а 49 негативных копий (по семь с каждой), с каждой из этих копий изготавливали семь позитивных никелевых оригиналов (итого 343) и потом 6860 матриц (343х20), обеспечивающих максимальный тираж в 6 миллионов 860 тысяч экземпляров. В этом случае грампластинка являлась шестой копией лакового диска, а чем длиннее цепочка копий, тем ниже качество звучания.

 

   

<<

Оглавление

>>

возврат на главную страницу

© Simona,  2004-2009