Некоторое оживление отечественной музыкальной промышленности, а также смягчение позиций властей относительно западной музыки и культуры, привело в начале 80-х годов к активизации "черного" музыкального рынка. Практически у каждого магазина "Мелодия" теперь постоянно толклись люди, предлагавшие на продажу или обмен виниловые пластинки, причем, как фирменные, привезенные из-за границы, так и лицензионные, купленные в советских магазинах "по случаю" или через знакомых. Помните, как у Райкина - "через зав. склад, через товаровед"… И хотя рыночные цены на винил в то время были немаленькие, да и обмануть или "кинуть" там тоже могли в два счета, народ, тем не менее, с удовольствием пользовался их услугами. А что было делать? Люди хотели удовлетворения все возрастающих собственных культурных потребностей.

Среди этих людей был и я, вместе со своим другом, Ромой, проводивший каждую субботу и воскресенье на этом виниловом толчке, стихийно образовавшемся около одного из центральных московских магазинов "Мелодия". И вот какая история произошла там с нами примерно в 1980-1981 году...

Как-то в один из летних воскресных дней мы с Ромой, как обычно, приехали туда поменяться дисками, узнать музыкальные новости, посмотреть на недавно появившиеся на рынке пластинки - в общем, все как всегда. Погода стояла великолепная, и народу там собралось очень много. Все активно общались и с удовольствием менялись друг с другом. Вот и мы, увлекшись разговорами с завсегдатаями этой тусовки, вскоре потеряли друг друга из виду. Прошло, наверное, около часа, как вдруг я увидел своего приятеля с расквашенным носом и без его знаменитой самодельной джинсовой сумки, в которой он всегда носил пластинки. "Меня кинули", - чуть не плача, сказал он, - "Их было человек 5-6. Они пошли со мной в соседний двор, якобы поменяться дисками, а потом избили меня, выхватили сумку и смылись!"

Такое тогда случилось впервые в моей практике. Из личной скромности я не стану говорить, что я был не из робкого десятка, да и мало кому в то время уступал физически. Вместе, мы бросились искать обидчиков Ромы по окрестным дворам, но, к сожалению, их след уже давно простыл. И когда минут через 40 безуспешных поисков мы вновь вернулись к "Мелодии", Рома вдруг увидел одного из той компании "кидал", который держал в руке пакет с дисками и, как ни в чем не бывало, общался с кем-то из местных филофонистов. У меня в голове моментально созрел план мести. Я решил проучить этого негодяя, и проделать с ним то же самое, что его приятели сделали с моим. Я подошел к нему и попросил посмотреть список его пластинок. Затем, якобы заинтересовавшись чем-то, я предложил ему пройти со мной во двор, как раз на то самое место, где кинули Рому.

Когда мы пришли туда, он, как мне показалось, что-то заподозрил и держался весьма осторожно. Но месть - дело святое, и я, двинув ему со всего маху по фэйсу, отобрал у него пакет с дисками, но не стал убегать, а стал допытываться, куда делись остальные его подельники. Он же расплакался, как девчонка, и стал оправдываться, что их толком и не знает, а случайно познакомился с ними в электричке, когда ехал вместе с этой компанией в Москву из одного подмосковного города. Он клялся так убедительно, что, честно говоря, мне даже стало жаль этого беднягу, и я сказал ему, что верну его диски, если он скажет, как и где можно найти этих мерзавцев.

И мы уже были готовы разойтись в разные стороны, как вдруг, как из-под земли, перед нами выросла фигура крепкого молодого человека в штатском, который предъявил нам краснокожее удостоверение оперативника. Он стал выяснять у нас в чем дело, и я понял, что, кажется, вляпался. Но тут меня осенило - я вспомнил, что в кармане у меня тоже лежит мое собственное удостоверение добровольного народного дружинника (в то время почти все, и почти добровольно, были членами ДНД), и я решил рискнуть. Я предъявил его оперативнику и сообщил ему, что задержал опасного кидалу, который вместе со своими дружками только что избил вот этого парня (я показал на Рому) и отнял у него пластинки.

Оперативник почему-то не догадался спросить меня, от какого отделения милиции и по чьему, собственно, заданию я дружиню здесь с пластинками в сумке. Видимо, вид моего приятеля с расквашенным носом полностью убедил его в искренности моих слов. "Ща разберемся", - сказал он, и предложил нам всем "пройти". И мы медленно поплелись за ним - я, мой друг и тот, несчастный, которого оперативник сам лично вел под руку. Рома шел бледный и в уме подсчитывал причиненный ему ущерб. Я же лихорадочно соображал, чем может закончиться для нас этот визит в ментовку, но трусливо бежать было просто несолидно и недостойно добровольного народного дружинника, и я решил играть свою роль до конца. А на соседней улице нас уже ждала милицейская патрульная машина. Как это у них получилось, я до сих пор понять не могу, ведь у нашего оперативника не было с собой даже рации, по которой он мог бы ее вызвать, но, тем не менее, это было именно так.

И вот, когда до милицейской машины нам оставалось пройти каких-то десять метров, меня осенило еще раз! С радостным выражением лица, примерно, как у Бубы Касторского в "Неуловимых мстителях", когда со словами "Родненькие вы мои", он потащил двух шпиков в контрразведку, я подошел к машине и, поздоровавшись с сидевшими в ней ментами, представился дружинником. Я подробно рассказал о случившемся, а главное, предложил, чтобы не приезжать им сюда еще раз, по горячим следам быстро сбегать за остальными кидальщиками и привести их всех через пять минут. Милиционеры, удивившись такой сообразительности, энтузиазму и преданности делу зашиты правопорядка со стороны их молодого добровольного помощника, с радостью (насколько я понял) согласились. "Ладно. Давай, только быстро! Некогда нам", - пробурчал старшой из них.

Но в лицо кидальщиков знал только один Рома, поэтому я попросил разрешения у ментов взять с собой и своего пострадавшего приятеля. Возразить против этого им было нечего и они были вынуждены согласиться и с этим моим предложением. Так, сдав ментам подозреваемого нами в сопричастности к нападению на Рому парня и отдав ему его диски, мы с видом Штирлица, идущего на выполнение секретного задания Родины, быстрым шагом двинулись прочь от патрульной машины. Но, зайдя за угол соседнего дома, мы, радуясь, что смогли без серьезных последствий выпутаться из этой гнусной истории, со всех ног кинулись к ближайшей станции метро. Вот как, однако, бывает в жизни, когда практически добровольно и совершенно самостоятельно пытаешься бороться с преступностью в отдельно взятой стране!